Armenian      Georgian

Как и в какой среде прошли выборы в Национальное собрание Армении, нарушения и странности, специфика данных выборов – об этом и о много другом Jnews побеседовал с председателем “Общегражданского движения – Многонациональная Грузия” Арнольдом Степаняном.

Как Вы оцениваете внеочередные выборы в парламент Армении?

– Сложные выборы были. На первый взгляд, конечно же, можно сказать, что они прошли в мирной обстановке, несмотря на некоторые нарушения, которые были. Я бы не сказал, что нарушения были частыми и многочисленными и настолько серьезными, чтобы ставить под сомнение результаты выборов. Хотя в логику не садится результат. Например, село Шурнух, которое на сегодня одно из проблематичных сел и фактически находится на границе Армении с Азербайджаном, часть села отошла к Азербайджану, и там выиграл действующий премьер-министр, ну, странно это. Есть такие странности, много вопросов.

Какие еще “странности” были? 

– Странности с армией, например, как она голосовала. Солдаты в большинстве голосовали за Пашиняна. Настрой в армии неоднозначен, поэтому странно, что большинство проголосовало за главнокомандующего в тех условиях, когда было военное поражение. Очень много месседжей.

Какие нарушения были зафиксированы во время выборов? 

– Больше всего говорят об использовании административного ресурса. Зная Никола самого и зная очень многих членов команды, мне очень сложно представить, что они использовали административный ресурс – это я на личном уровне говорю. Хотя говорю, что вопросов очень много есть. Ну, например, с Шурнухом, были какие-то попытки возбуждения уголовных дел против кандидатов, действующих именно в предвыборный период. Несколько кейсов было, что тоже очень странно.

Со стороны оппозиции были какие-то нарушения? 

– Оппозиция оппозиции рознь, скажем так. Да, конечно же, были попытки со стороны “богатой” оппозиции купить голоса. Был откровенный шантаж практически со всех сторон. Пытались использовать шантаж в различных масштабах. Со стороны оппозиции, скажем так, финансовый ресурс был более серьезный. Там был ресурс понимания самого процесса выборов, как выборы проводить и выиграть. Я думаю, что это тоже принесло определенные дивиденды тем, кто прошел в парламент. Я думаю, что не очень легкое время ждет сейчас Армению, с точки зрения политического противостояния. Самое главное, чтобы все это было в рамках мирного процесса и в рамках стен парламента, а не других государственных органов.

Был ли шанс у “небогатой” оппозиции попасть в парламент?

– Тут единственное – Армянский национальный конгресс, который не прошел, как я понимаю. Это не богатая оппозиция, скажем так. У них нет людей, крупных бизнесменов, людей, которые могли бы профинансировать их в таких количествах, как это делают другие армянские оппозиционные партии, и очень многие из этой партии ушли вместе с Николом. Утечка мозгов и активистов произошла оттуда. Эта оппозиционная партия, несмотря на личный рейтинг и авторитет первого президента, довольно-таки ослабла, но что касается других политических партии, кроме тех, которые прошли – “Баргавадж” (“Процветающая Армения”). Я думаю шансов и не было преодолеть 5 процентный барьер.

Почему Пашинян получил столько голосов, учитывая проигрыш в войне?

– Я бы не сказал, что поддержка у него, я бы сказал, что “невосприятие” прежних есть. Я думаю, что голосовали на самом деле не за него, а против прежних, как и в прошлый раз. Если рассуждать, здесь был выбор черно-белый. Имеется ввиду прежние власти, которые только ушли, и проигравший карабахскую войну, я бы не сказал, что вина поражения лежит на нем. Хочу процитировать слова Алиева: “Мы победили ту армию, которую строили раньше”. В данном случае доля правды в этом есть. Хотя, конечно, львиная доля того, что произошло, лежит на его неопытности. Сложно так стать премьер-министром и в течение двух лет вырасти.

Почему прежние лидеры выдвинули свои кандидатуры, но не учли то, что в свое время произошла революция, и население отвергло их?   

– Просто у них появился шанс из-за событий в Карабахе. У них остается довольно-таки сильное влияние в Армении. Довольно-таки сильная сеть в разных слоях общества, и, естественно, это не могло не принести результата, что мы и увидели. Плюс еще Кочарян сидел в тюрьме, он друг Путина. В Армении есть люди, которые до сих пор фанаты Путина. Он ассоциируется с Путиным.