Armenian      Georgian

Многие люди в Ахалкалаки скрывают факт своей инфицированности COVID-19, потому что боятся быть отвергнутым и нежелательным человеком в обществе. В своей студии JNEWS побеседовал с двумя бывшими инфицированными Сюзанной и Анаит (имена вымышленные), которые вместе с болью и физическим недомоганием в той или иной степени чувствовали на себя давление общества.

Имена гостей студии изменены по их просьбе

JNEWS: Осенью, когда уже мы приближались к пику эпидемии коронавируса, люди смотрели на возможных заражённых, как на прокажённых. При каждом новом случае пытались найти виновного, принёсшего вирус домой, или на работу. А инфицированного мучало чувство вины. Сюзанна, в Ахалкалаки первый случай был зарегистрирован 2 октября, сразу после этого выявился вирус у Вас. Какого было быть инфицированным коронавирусом в Ахалкалаки в самом начале эпидемии?

Сюзанна: Честно говоря, я не ожидала, что буду одной из первых, но, фактически, стала первой. Факт того, что болею коронавирусом, на меня никак не подействовал, поскольку рано или поздно могло случиться, мы все должны переболеть, при том, что я работаю в таком месте, где в день приходит-уходит до тысячи человек. Наибольшим стрессом было то, что я должна была оставлять маленького ребенка одного, это было невыносимо. Тем более, что члены моей семьи находились в самоизоляции.

JNEWS: И сейчас все обвиняют тех, кто “привёз” коронавирус из Аджарии, говоря что, если бы не открыли побережье Чёрного моря для отдыхающих, эпидемия бы не вспыхнула с такой силой. А тогда, осенью на всех, кто был с загаром, смотрели косо. Помню когда люди скорую вызывали, у них спрашивали, были ли они в Батуми, и если да тогда к ним приходили в защитной экипировке, а если нет, то как обычно. А в вашем случае, была ли связь с Батуми?

Сюзанна: В основном меня беспокоил тот факт, что было большое давление со стороны Центра общественного здравоохранения. Спрашивали с кем я контактировала, скрываю, почему не говорю, что ездила в Батуми, что, мол, у них есть информация, что я была на свадьбе в Батуми и другие подобные вопросы. У меня есть родственники в Батуми, но на свадьбу я не ездила. Один день я не ходила на работу, потому что мой ребенок заболел, они видели, что я в тот день отсутствую на работе, они подумали, что я была в Батуми. Если бы я ездила в Батуми, то сказала бы, я никого не боюсь. Мне было очень неприятно, что мне не верят, я говорила правду, а если мне не верят, то я не люблю оправдываться. Все это было стрессом для меня, оставление ребенка дома, моя работа, а с другой стороны, неверие людей, чувствовалось социальное давление.

JNEWS: Но тогда каждый старался скрыть, что был инфицирован он сам, или члены его семьи. Даже первые инфицированные угрожали журналистам, потому что об этом писалось в медиа, хотя никаких личных данных в материалах не указывалось. А Вы, будучи одной из первых не скрывали, почему?

Сюзанна: Скрыла бы, что болею коронавирусом, выходила бы, общалась с другими людьми – это было бы крайне подлым. Было, что меня спрашивали, «у тебя коронавирус?». Бывало, что даже родственникам звонили, уточняли, правда ли, что я болею коронавирусом. Они скрывали, отвечали, что нет, а я говорила – «зачем обманываете?», я не вижу смысла скрывать, это же не то, что купила, это – заболевание, которым все могут заболеть.

JNEWS: В основном принято считать, что если человек работает, тем более в большом коллективе, то он “опаснее”, хотя не исключено, что не работающий человек может за рабочие часы пообщаться с намного большим количеством людей. Сюзанна, Вы работаете в большом коллективе, как этот факт тогда действовал на Вас?

Сюзанна: На рабочем месте я очень боялась реакции руководства, что уж говорить, чтобы такая крупная и серьезная организация закрылась из-за меня. Я не думала, что они закроются только на один день, в тот момент я думала, что они закроются более чем на 10 дней. Я также волновалась за персонал. Я, конечно, извинилась за ситуацию, в которой оказались по моей причине, но мне сразу сказали, что о какой работе идет речь, сначала надо подумать о себе, и если вдруг мне понадобится финансовая помощь, чтобы я обращалась. Я чувствовала их полную поддержку во время болезни. В процессе выявления моего заболевания, на моем рабочем месте никто не заболел, через месяц только появились инфицированные.

JNEWS: Да, многие всё ещё скрывают, и говорят о своей болезни уже спустя некоторое время, но в маленьком городе, как Ахалкалаки, никто ничего не скроет, тут любопытные люди знают о других людях больше, чем они сами. И в итоге, когда ты выходишь в первый раз после более двух недель изоляции, ты думаешь, что каждый знает, что у тебя был вирус, какие у тебя ощущения, как у Вас было Анаит?

Анаит: Знаете, как на улице смотрели на меня? Попробую так объяснить, есть фильм про зомби, когда ты выходишь, и на тебя смотрят ужасным взглядом, и ты думаешь «куда это я попала!». Когда я впервые вышла из дома, сразу заметила эти взгляды, тут же развернулась и вошла обратно в дом. И по этой причине мне даже не хотелось выходить из дома. Однажды я пошла в магазин будучи в медицинской маске, владелец магазина как-то странно посмотрел на меня и сказал: «Ты ведь болела коронавирусом, не так ли?». На работе проблем не было, потому что там все заболели.

JNEWS: А как Вы относились к вирусу до того, как заболели, поменялось что-то потом?

Анаит: Я молила Бога, чтобы не заболеть, но все-таки я заразилась. Для меня каждая болезнь – это нормально, я принимаю это нормально, не убегаю. Во время болезни у меня были другие чувства. Но если сравнить, например, с обычным гриппом, это вообще что-то другое. Поскольку у меня есть другая, хроническая болезнь, я боялась заболеть коронавирусом.

JNEWS: А что у Вас поменялось, Сюзанна?

Сюзанна: Сначала меня всегда интересовало, почему я не знаю никого, кто болен коронавирусом – этот факт вызывал у меня небольшое недоверие к вирусу, потом вирус подтвердился у моих родственников и знакомых в России, Армении, и тогда я убедилась, что вирус действительно существует. После во мне присутствовал некий страх – что ожидает нас, переболевших COVID-19, может через несколько лет в нас что-то новое выявится, никто пока не знает, что сделал этот вирус с нашим организмом.

JNEWS: Да, конечно первым из заразившихся наверное пришлось сложнее. Но процесс стигматизации со стороны общества всё ещё сохраняется. Несмотря на то обстоятельство, что в Ахалкалаки, казалось бы, большая часть населения уже переболела коронавирусом, даже сейчас на тех, кто болел вирусом, смотрят иначе. Истории, которыми с Jnews поделились жители Ахалкалаки, встречаются часто. Наша съемочная группа была очевидцем такой сцены: в один из магазинов зашла врач, которая перенесла коронавирус. Владелец магазина очень быстро проинформировал людей, находящихся в магазине, и посоветовал стоять подальше, так как у нее был коронавирус, он обслужил ее очень быстро и выпроводил из магазина. Несмотря на то, что сегодня население более информировано о коронавирусе, чем при первой волне, стигматизация заболевших и сейчас представляет проблему. В том-то и причина того, что наши респонденты согласились говорить без идентификации.