Armenian      Georgian

Для некоторых представителей армянского меньшинства, проживающих в Грузии, несмотря на наличие различных программ, все еще остаются нерешенными проблемы, связанные со знанием государственного языка. Jnews проследил, какова эта проблема среди представителей разных возрастных групп.

Проживая в армянонаселенном регионе Грузии, некоторые члены общества очень часто сталкиваются с различными проблемами, одна из которых – неполное владение государственным языком и множество проблем, связанных с этим, с которыми можно столкнуться как в повседневной жизни, так и в сфере образования и при пользовании различными сервисами.

Не все члены общества адаптировались к этим проблемам, многие борются с ними, некоторые пытаются найти решение, а некоторые «плывут против течения». Многие молодые люди, живущие в Грузии, решают получить образование и специализироваться в грузинских вузах, тогда как несколько лет назад большинство молодых людей из Джавахети предпочитали ехать в Армению с целью получить образование.

Саргис Унанян учился на юридическом факультете Тбилисского государственного университета имени Иване Джавахишвили. В первое время не испытывал особых проблем с неполноценным знанием языка, поскольку с 6 по 9 класс изучал грузинский язык по школьной программе.

«Неполное владение языком не мешало мне учиться наравне с грузинами, а иногда и лучше них, и стать хорошим специалистом. Конечно, это возможно только благодаря упорному труду, например, грузинский студент, если он посвящает свое время только изучению темы, то в нашем случае, с армянами, мы должны сначала полностью понять, а затем изучить, а это требует много работы», – говорит Саргис.

По мнению Саргиса, сейчас государственный язык в школах преподается более качественно, чем раньше. Соответственно, новое поколение лучше владеет государственным языком.

У более старшего поколения проблема со знанием языка намного глубже. 56-летний Ашот (имя изменено по его просьбе) проживает в одном из сел Ахалкалакского района, учился в сельской средней школе, высшего образования не получил.

«Когда я учился в школе, тогда грузинскому языку не уделяли особого внимания, у нас был один урок в неделю, и то это больше было похоже на развлечение, чем на урок, в тех условиях невозможно было выучить язык, мы тогда не могли себе представить, что придет время, и знание грузинского будет так необходимо», – говорит он.

Из-за незнания языка он столкнулся со многими проблемами.

«Однажды по поводу документов я обратился к одному из сотрудников Дома юстиции, который был грузином. Он не понимал ни армянского, ни русского, а я не мог объяснить на грузинском языке чего я хотел. Одним словом, мы не понимали друг друга. Он начал поднимать голос и вести себя агрессивно. Но это был не первый случай, подобное было и в одном из больниц Тбилиси», – говорит Ашот.

В отличие от того поколения, которое не имело возможности изучать язык, теперь в школах и после нее можно изучать и применять языковые навыки. Татев Хоцанян из села Орджа. Она учится в 12 классе сельской средней школы, подчеркивает важность знания государственного языка, но в то же время отмечает тот факт, что знанию родного языка она придает большее значение. По ее мнению, необходимо в первую очередь изучить родной язык, и уже на ее основе изучать другие языки.

«Конечно, для каждого гражданина важно знание грузинского языка, особенно если мы видим свое будущее в этой стране. Я учила грузинский язык в школе, но, на мой взгляд, ни один предмет нельзя выучить, довольствуясь учебниками, школьными уроками, поэтому я посещала разные учебные курсы и занималась самообразованием», – говорит Татев.

Жанна Хачатурян, преподаватель Государственного университета Самцхе-Джавахети, доктор филологических наук, много лет работающая в сфере языкового общения, отмечает, что проблема знания государственного языка препятствует социальной и политической интеграции национальных меньшинств. Она подчеркивает, что общая картина не столь благоприятна. Однако если сравнивать сегодняшнюю ситуацию с ситуацией 10-15 лет назад, конечно, она изменилась в лучшую сторону, но недостаточно.

«Прежде всего, давайте вспомним, через что прошла Грузия после распада Советского Союза, с какой дилеммой столкнулась страна. Несмотря на требование Конституции Грузии о том, что государственным языком в Грузии является грузинский, все равно в местах проживания этнических групп языком общения является либо русский язык, либо язык этнической группы, школы также не являются исключением. Соответственно, возникает проблема, население по закону является гражданами Грузии, но ментальное мышление не меняется», – говорит доктор филологических наук.

В течение многих лет Грузия пыталась как можно скорее вывести негрузиноязычное население из этой изоляции, но этот процесс затягивается. Жанна Хачатурян провела исследование с участием общеобразовательных школ Ахалкалаки и Ниноцминды, учителей гражданского образования с конкретной целью: почему они не владеют государственным языком должным образом, независимо от материальных или человеческих ресурсов, применяемых государством?

Исследование выявило несколько проблем, это:

1. Низкая мотивация негрузиноязычного населения к изучению грузинского языка.
2. Слабость государственной воли.
3. Признание государством грузинского в качестве «второго языка» для негрузиноязычных граждан, что снижает мотивацию этого населения.
4. Низкая квалификация преподавателей и учебников грузинского языка.
5. Несовершенство методики преподавания грузинского языка.

Педагогическая практика Жанны Хачатурян разнообразна, она последовательно работала с людьми разного возраста и способностей. Затрудняется ответить, кто лучше владеет языком, но очевидно, что молодое поколение лучше понимает важность изучения государственного языка. Они осознают, что из-за незнания языка оказываются в полной языковой изоляции, что препятствует их индивидуальному развитию и интеграции.

В Джавахети много проблем, но решение проблемы незнания государственного языка – это первый и главный шаг к выводу нашего населения из языковой изоляции.