Armenian      Georgian

“Поскольку землетрясение не разрушило наш дом, то он остался таким каким и был, но очень изменились люди, они стали мрачными”, – вспоминает потрясшее весь мир землетрясение Тер Татев Марукян, которому было 5 лет в тот судьбоносный год для Гюмри.

Семья Марукянов одна из тех, которые спаслись “по воле Бога”, как говорит сам Тер Татев. Те годы в его памяти остались как голодные, холодные и тёмные, без света.

Тер Татев Марукян мало что помнит, ведь он был ребёнком. Но в его памяти осталось то, что до землетрясения все праздники, в том числе и новый год праздновали весело и радостно. Вспоминая трагедию, глаза его наполнились печалью. Говорил он медленно и задумчиво.

«Я болел в те дни, чтобы дома не оставались одни, мы с сестрой жили у моей тёти. У нее тоже двое детей: сын и дочь. Они жили в бульварном районе, в девятиэтажном здании, которое полностью разрушилось во время землетрясения. Но за два дня до трагедии, по совету врачей, мы поехали к бабушке в Октемберян (Армавир). И если бы мы не поехали к бабушке, мы были бы в тот момент в 9-ти этажном здании, которое сравнялось с землей. Семье моей тети тоже повезло, они не были дома. Если бог захочет спасти, он сделает это. Не так, что мы были менее грешны, чем другие жители, которые жили в 9-ти этажном здании. Многие говорят болезнь это проклятие, но она может и спасти», – вспоминает Тер Татев Марукян.

Тер Татев Марукян – священник церкви «Сурб Хач» в Ахалкалаки. По его словам, в Гюмри много священников, и город сохранился благодаря вере и надежде его жителей. В Гюмри много священнослужителей, там после землетрясения открылась Церковно-приходская школа. Открытие этого духовного училища Тер Татев не считает случайностью.

Как только распространилась страшная весть о том, что Гюмри разрушен и больше нет этого города, родители Тер Татева тут же собрались домой. В начале его не хотели забирать, но потом все таки забрали в Гюмри.

Их дом в Гюмри, тогда ещё в Ленинакане располагался в четырёхэтажном здании.
«Когда все вокруг говорили о том, что все дома разрушены, я все думал о нашем доме, чтобы он не был разрушен и, когда мы в тот же день приехали, и я увидел, что наше здание стоит, я обрадовался, как будто мне подарили мир. Я тогда не осознавал, что вокруг то все остальное разрушено», – вспоминает Тер Татев Марукян.

Но потом конечно же общую трагедию он ощутил и на себе.
«Я десять лет учился в домиках и мечтал о нормальной школе. Когда мы закончили школу, в том году наша школа переехала в новое здание и мы завидовали 9-ти классникам. Но сейчас, когда я вспоминаю, школьная жизнь в домиках тоже была сладкой. Хотя мы были голодные, не имели сменной одежды. И когда кто-то носил новую одежду все пальцем показывали, потом люди стали ехать на заработки и когда оттуда приезжали нас конфетами угощали, это было для нас радостью», – говорит Тер Татев Марукян.

Несмотря на всю боль и страдания, Гюмри преодолел трудности.

«Они перенесли это с достоинством, помогая друг другу, они даже в эти дни шутили и юмор спас гюмрийцев. Переживая такую боль люди нашли в себе силы и снова создавали семьи», – говорит Тер Татев Марукян.

Как бы не хотелось не вспоминать прошлое, его не возможно перечеркнуть. А жизнь продолжается…

Материал был собран и опубликован на JNEWS 7-го декабря 2016-го года