В редакцию Jnews обратилась дочь заключённой Нарине Согомонян с просьбой помочь, способствовать тому, чтобы голос её матери был услышан соотвествующими структурами. Нарине Согомонян отсидела более 8 лет из присуждённых ей 10 лет. В тюрьме у неё была обнаружена злокачественная опухль, состояние её здоровья, несмотря на “надобное медицинское обслуживание со стороны пенитенциарного учреждения”, только ухудшается в тюремных условиях. Заключённая и её семья всячески пытаются добиться досрочного освобождения.
Вардуи, дочь 54-летней Нарине Согомонян, рассказывает историю своей матери. Она оказалась в Грузии в 2018 году, была арестована при пересечении границы и уже восемь лет отбывает срок в тюрьме города Гардабани.
«В настоящее время мы проживаем в Республике Армения, в городе Ереван, вместе с моим младшим братом на съёмной квартире. У него имеются проблемы со здоровьем — нарушения зрения и психологические проблемы, связанные с тем, что с детства он был лишён материнской заботы. Нас в семье четверо детей. Наш отец и два старших брата находятся за границей на заработках. Будучи разлучёнными с родителями, мы живём в очень тяжёлых условиях и не имеем возможности финансово помогать нашей матери и даже навещать её. Моё заявление адресовано во все соответствующие инстанции. Прошу не оставаться равнодушными», — пишет она в письме к Jnews.
Нарине Согомонян отбывает срок по статьям 260, часть 6, пункт «а» (незаконное изготовление, производство, приобретение, хранение, перевозка или пересылка наркотических средств, их аналогов или прекурсоров в особо крупном размере) и статье 262, часть 4, пункт «а» (незаконный ввоз в Грузию, вывоз из Грузии или транзитная перевозка международных наркотических средств, их аналогов или прекурсоров в особо крупном размере — контрабанда).
«Моя мать осуждена на 10 лет лишения свободы. Хочу отметить, что ранее у неё никогда не было подобных проблем и судимостей. Также сообщаю, что назначенный денежный штраф полностью погашен. От имени всей нашей семьи мы обращаемся с просьбой, учитывая её состояние здоровья (диагноз — агрессивное злокачественное новообразование), о скорейшем освобождении, чтобы избежать возможных осложнений, связанных с заболеванием. По назначению врача ей категорически запрещены стресс, сильные переживания и любые эмоциональные нагрузки».
Болезнь дала о себе знать, когда Нарине работала на складе в тюрьме. У неё появились боли в области спины, что стало причиной обращения за медицинским обследованием. Впоследствии было выявлено злокачественное новообразование. По словам дочери, до осуждения у неё не было проблем со здоровьем. Вардуи также подчёркивает, что они очень благодарны Грузии и администрации исправительного учреждения за все предпринятые меры — начиная от диагностики заболевания и заканчивая лечением. Однако нахождение её в тюрьме отрицательно сказывается на ход лечения и на здоровье заключённой.
«Наша мать очень нуждается в семейном тепле и заботе. Вернувшись в семью, мы сможем максимально помочь ей улучшить состояние здоровья. Мы наконец сможем восполнить годы разлуки и подарить друг другу накопившуюся любовь и тепло. Мы все очень тяжело переносим её отсутствие — это влияет на нашу работу, личную жизнь и все стороны жизни», — говорится в обращении Вардуи Андреасян.
Нарине сама связалась с редакцией Jnews и рассказала, что считает дискриминацией то, что другие заключённые, попавшие в ту же тюрьму с таким же сроком и приговором, уже досрочно освобождены, а в её случае не учитывается, что она онкологический пациент и нуждается не только в лечении, но и в заботе семьи.
«В мае снова будет комиссия. Важно, чтобы они увидели, в каком я состоянии с лысой головой, измотанная. Химия — ужасная процедура. Восемь лет тихо сижу, чтобы оказаться на воле рядом с моими детьми. Я не преступница, такая судьба просто. Я была здоровая женщина, здесь приобрела онкологию. Я хочу защитить свои права. Я по закону могу обратиться за условно-досрочным освобождением. Мне отказали три раза. Нарушения, которые они приводят как причину (отказа в УДО — ред.), — устный конфликт. Даже в семье бывают устные конфликты. Мне что-то говорили — я отвечала. Никого и пальцем не коснулась, ничего не делала против администрации», — рассказывает она.
После того, как была выявлена онкология, Нарине больше не работает в тюрьме, но занимается рукоделием.
«Здесь я дни напролёт теряю зрение, создаю чудеса, делаю иконы. Мне ничего не нужно — я хочу только быть со своими детьми. А теперь ко всем моим несчастьям добавилась онкология. Стало ещё хуже, хочу выйти и провести оставшееся время рядом с детьми. Мне врачи категорически запрещают нервничать, а в этих условиях это невозможно. Я отсидела столько времени, осознала всё — пусть отпустят меня. Я не приговорена пожизненно. Обращалась к президенту Грузии с просьбой о помиловании. Люди, осуждённые по моим статьям с тем же сроком и многими нарушениями, были отпущены, а меня с этим диагнозом оставили здесь», — говорит она.
Jnews также проконсультировался с юристами, чтобы узнать, что ещё в подобных случаях может сделать заключённый или его родственники, если условно-досрочное освобождение необходимо в целях поддержания здоровья человека. Так, по словам юристов, одним из способов может быть обращение родных заключённого к президенту Грузии с просьбой об амнистии. Также можно обратиться с требованием создать специальную комиссии, которая оценит состояние здоровья заключённого.