Никол Пашинян, премьер-министр Армении, в своём выступлении в Европарламенте подчеркнул, что главной преградой на пути интеграции Армении в Европейский союз является замороженный политический диалог между ЕС и Грузией. Он отметил, что для Армении Грузия — это «путь к Евросоюзу». Его слова в Грузии были приняты неоднозначно: многие посчитали выступление положительным, поддерживающим, однако отношение к нему остаётся неоднозначным.
Заявление Пашиняна
Пашинян акцентировал внимание на важности конструктивного диалога между ЕС и Грузией, поскольку это напрямую влияет на перспективы Армении. Он также напомнил, что членство в ЕС требует выполнения всех стандартов Союза, и страна должна продолжать проводить реформы при поддержке европейских партнёров. По его словам, даже если Армения не станет полноправным членом ЕС, она всё равно получит значительные преимущества, соответствуя европейским стандартам. Таким образом, для Еревана ключевым условием дальнейшей интеграции остаётся активизация диалога между ЕС и Грузией, что создаёт более ясную и осязаемую перспективу для Армении.
«Честно говоря, в настоящее время самой большой проблемой на пути интеграции Армении в Евросоюз является замороженное состояние политического диалога между ЕС и Грузией. Грузия для нас — это путь к Евросоюзу. Закон о начале процесса вступления Армении в ЕС мы приняли после того, как Грузии был предоставлен статус кандидата. Это сделало перспективу вступления Армении в ЕС более осязаемой», — заявил премьер-министр Армении Никол Пашинян, выступая в Европарламенте.
По словам Пашиняна, Армения ожидает и просит, чтобы между ЕС и Грузией развивался конструктивный процесс.
«Мы ожидаем и требуем, чтобы между ЕС и Грузией развивался конструктивный процесс. Это важно для Армении так же, как и для Грузии», — отметил Никол Пашинян.
Что говорят в Грузии
Часть грузинских политологов воспринимает подобные заявления скорее как риторику внешнеполитической стратегии Еревана, нежели как реально влияющий фактор на процесс нормализации грузино-европейского диалога. В Грузии подчёркивают, что ключевые препятствия к восстановлению отношений с ЕС связаны с внутренними политическими процессами в Тбилиси, а не с предложениями посредничества со стороны третьих стран.
Аналитики также обращают внимание на то, что для грузинской аудитории подобные заявления могут восприниматься неоднозначно, особенно на фоне текущей напряжённой внутренней политической ситуации и критики ЕС по вопросам демократии и прав человека.
Эксперты подчёркивают, что слова Пашиняна укладываются в более широкий региональный тренд, в рамках которого страны Южного Кавказа пытаются играть более активную роль в европейской интеграции и дипломатии, однако реальное влияние таких заявлений остаётся предметом обсуждения.
Политолог Каха Гоголашвили анализирует роль Никола Пашиняна в посредничестве между Грузией и Европейским союзом, рассматривая его мотивацию как сочетание внутренних политических интересов и стратегических целей Армении:
«Почему Пашинян взял на себя роль посредника в этом вопросе? Его мотивацию можно объяснить несколькими факторами. С одной стороны, здесь может присутствовать внутренний политический и электоральный интерес — показать армянским избирателям, что он не только решает собственные вопросы с ЕС, но и играет активную роль в регионе и даже помогает Грузии. С другой стороны, в государственных интересах Армении действительно находится нормализация отношений между Грузией и Европейским союзом, поскольку Грузия остаётся для Армении главным каналом связи с Европой.
Предложил ли Пашинян это посредничество сам грузинскому правительству или просьба исходила из Тбилиси?
Вероятно, обе стороны были заинтересованы в таком разговоре. Возможно, Пашинян спросил у грузинской стороны, почему вы не пытаетесь улучшить отношения с ЕС, а грузинская сторона ответила, что не мы прекращали диалог. После этого Пашинян, вероятно, предложил посредничество и взял на себя лоббирование этого вопроса в ЕС. Однако нельзя исключать и того, что подготовительная группа визита Пашиняна заранее просчитала и спланировала сценарий этого разговора и его результат.
В итоге Пашинян выступил перед Европарламентом с просьбой о восстановлении диалога с Грузией в тот же день, когда Европарламент принимал одну из самых жёстких резолюций в отношении Грузии. Очевидно, что это заявление Никола Пашиняна не могло реально повлиять на настроение депутатов Европарламента, поскольку за последние два года по вопросу Грузии уже было принято более десяти резолюций и в парламенте сформировалась достаточно твёрдая позиция: они не отступят, пока власти Грузии не начнут выполнять их требования.
Однако эту «внутрикаавказскую и евро-векторную» солидарность Пашиняна в Брюсселе наверняка оценят», — пишет на своей странице в Facebook политолог Каха Гоголашвили.
Политолог Гела Васадзе предлагает собственный анализ причин такого шага и возможных политических мотивов.
«Всё экспертное сообщество Грузии с большим энтузиазмом обсуждает обращение Никола Пашиняна в Европарламенте с просьбой поддержать Грузию в её европейском выборе. Версий две. Первая — Пашиняну это нужно, потому что без Грузии Армения не может стать частью ЕС. Вторая — Пашинян стал лоббистом «Грузинской мечты», предав идеалы демократии. Давайте разбираться.
Прежде всего речь вообще не идёт о том, что Армения станет частью ЕС. Речь идёт о формате отношений с Евросоюзом, при котором страна получает достаточно серьёзные финансовые и политические дивиденды. Нужна Пашиняну для этого Грузия? Нет, не нужна. А вот для полноценного членства в ЕС Армении, как и Грузии, кроме тысячи сопутствующих факторов, нужно членство Турции в ЕС. Это география. Хотя именно для армян, с их образом исторической жертвы, в Европе теоретически могли бы сделать исключение из исключений. Прозападная Армения — мечта любого политика из стран Бенилюкса, и не только Бенилюкса.
Фиксируем: для процесса интеграции с ЕС Грузия Армении не нужна. А вот для развития логистики — нужна, и даже очень. Особенно в контексте коридора север — юг, учитывая вполне реальную перспективу открытия железнодорожного сообщения с Ираном через Нахичевань. Грузинские порты под санкциями сильно нивелируют роль Армении в южнокавказском логистическом хабе. Наверняка кто-то сейчас подумает: о чём он пишет, какой Иран, тут такое творится. Так вот — то, что творится, рано или поздно закончится. И TRIPP, и открытие коммуникаций с Азербайджаном и Турцией — тоже не вопрос нескольких недель. А вот санкции против грузинских портов, если их введут, могут продлиться годами. И, по моему скромному мнению, это одна из причин обращения Пашиняна.
Теперь о «предательстве демократии». Это вообще странная претензия. Пашинян никогда не был и не сможет быть демократом в либеральном европейском понимании. Он выстраивает в Армении достаточно жёсткий, насколько это возможно, авторитарный режим. И совсем не потому, что он плохой, а потому что иначе полноценные национальные государства не создаются.
Авторитаризм Пашиняна — это авторитаризм модернизационного типа, в отличие от модели, которая господствовала в Армении до него и просто консервировала советское наследие. Поэтому, защищая ГМ, Пашинян вовсе не идёт против своих принципов. А то, что наша модель авторитаризма далека от модернизационной, — это уже наши проблемы.
В конечном итоге премьер-министр Армении должен думать о своей стране, а не о развитии Грузии. Ну а иметь с властями Грузии доверительные отношения — это тот дополнительный бонус, который всегда можно использовать и во внутрикавказской политике, и на внешнем контуре.
Если же совсем коротко: Пашинян не спасает «Грузинскую мечту» и не предаёт демократию. Он просто действует как рациональный политик, который пытается решить задачи своей страны и одновременно заработать себе несколько дополнительных очков и в Брюсселе, и на Южном Кавказе. Вот такая картина маслом», — пишет политолог Гела Васадзе на своей странице в Facebook.
